Я понимаю, что трудно все время думать о том, что мы говорим нашим детям, тем более в сердцах. Быть осознаннее и сдержаннее нам помогут несколько приемов. * Если мы хотя бы иногда будем задумываться о том, что мы формируем детей нашими откликами, реакциями, словами. И поэтому будем хотя бы иногда, не находясь в аффекте и стрессе, думать о том, что же мы хотим сформировать. * Если мы не будем считать ребенка принадлежащим нам объектом, с которым мы, обладая беспредельной родительской властью, можем сделать все что угодно, а будем считать его близким человеком, достойным нашего уважительного отношения вне зависимости от его возраста. * Если мы примем за данность, что близкий человек (муж, жена, ребенок) — не объекты для отыгрывания наших непереваренных чувств, а другие, близкие и дорогие нам люди, которые сами в этот момент могут быть эмоционально перегружены. В идеале мы, взрослые, не только должны уметь справляться с нашими чувствами, не нагружая ими наших детей, но и уметь помогать нашим детям, чья психика еще формируется, опознавать, называть и переживать то, что преподносит им жизнь. Мы многое говорим нашим детям, в том числе, конечно, хорошее. Ребенок вылепливает, складывает образ себя во многом именно из родительских отражений. Насколько объемным (с разных сторон) будет это отражение зависит от того, насколько взрослыми оказались родители, насколько они способны заметить именно его, ребенка, вынырнув из водоворота собственных аффектов и чувств. Адекватные и искренние отражения становятся большим и надежным ресурсом детей, на который они потом опираются в моменты сомнений, тревог и терзаний. Большую часть жизни ребенок опирается на знание о том, кем вы его считали. Пока не сформирует собственную способность оценивать себя. При условии, что не потратит жизнь на доказательство того, что он не таков, каким вы его все время видели и отражали. Ирина Млодик